Выберите категорию

×

Александр Исаев. На волнах зеленого моря

Огромные участки леса Сибири обязаны самим своим сегодняшним существованием трудам и изысканиям именно Александра Сергеевича Исаева.

В очередной экспедиции. Исаев второй справа. Источник: Жизнь как история: почетные граждане Красноярского края. — Красноярск, 2010 В очередной экспедиции. Исаев второй справа. Источник: Жизнь как история: почетные граждане Красноярского края. — Красноярск, 2010

Почетный гражданин Красноярского края Александр Сергеевич Исаев — всемирно известный лесовед, действительный член Российской академии наук, председатель научного совета по проблемам леса, автор свыше трехсот опубликованных работ (в их числе шесть монографий). Он один из создателей экологической доктрины Российской Федерации, один из основателей программы аэрокосмического мониторинга лесов. Огромные участки леса Сибири (а это не только деревья, относящиеся к понятию «лес» в той же мере, в которой рыбы соответствуют понятию «океан») обязаны самим своим сегодняшним существованием трудам и изысканиям именно этого ученого.

Санитар тайги

После переезда в Красноярск научная работа будущего академика активизировалась. Начало 1960-х гг., Институт леса и древесины СО РАН. Источник: Жизнь как история: почетные граждане Красноярского края. — Красноярск, 2010 После переезда в Красноярск научная работа будущего академика активизировалась. Начало 1960-х гг., Институт леса и древесины СО РАН. Источник: Жизнь как история: почетные граждане Красноярского края. — Красноярск, 2010

Александр Сергеевич Исаев родился в Москве 26 октября 1931 года. Детские и юношеские годы он провел в Саратове и Мичуринске, где в те годы работал его отец — известный отечественный помолог, специалист по селекции плодовых культур и большой знаток природы. Сергей Исаев в те годы выращивал не только яблони, но и прививал будущему академику любовь к биологии, научную пытливость и любознательность. Укоренились они на всю жизнь: в самом юном возрасте Александр понял, что его профессия будет связана с лесом, он составлял лесные карты и старался наиболее подробно исследовать каждое заинтересовавшее его дерево.

После окончания школы этот интерес привел Александра Сергеевича в Ленинградскую лесотехническую академию. После второго курса началась интереснейшая практика в лесах Карелии, Приморья, Восточной Сибири. Первые шесть лет после академии молодой специалист работал инженером-таксатором Московской объединенной авиалесоустроительной экспедиции Министерства лесной промышленности СССР. Его путь лежит по волнам зеленых морей Приморья, Приамурья, Коми АССР, Карелии, Иркутской области и Красноярского края. Квалификация постоянно растет. Именно тогда у Исаева сложилось представление о масштабах лесного богатства России. В те же самые годы окончательно сформировалось желание связать свое будущее с наукой, и в 1956 г. Исаев становится аспирантом научно-исследовательского института лесоводства и механизации лесного хозяйства.

Судьба свела там нашего героя с Андреем Игнатьевичем Ильинским, крупным ученым, лесным энтомологом, внесшим большой вклад в разработку методов химической борьбы с лесными вредителями. Став научным руководителем будущего академика, Андрей Игнатьевич определил направление для изысканий, учитывая характер ранней работы аспиранта — исследование комплекса насекомых-ксилофагов (буквально — пожирателей древесины), которые оказывают негативное воздействие на ослабленный пожарами древостой даурской лиственницы в Амурской области. Эта тема, в то время малоизученная, открывала большое поле для исследовательской работы молодого пытливого ученого, ее научное значение было достаточно велико. Но одними только теоретическими изысканиями дело не ограничивалось. Работа имела изрядную прикладную ценность, ведь лиственница в России — одна из главных древесных пород, лиственничные леса занимают у нас самую большую площадь.

Не желая ограничивать себя одной только классификацией насекомых, Исаев продвигается в своих исследованиях дальше. Дерево — не просто кормовой объект ксилофага, но сложный живой организм. Как и любой другой организм, дерево страдает от различных недугов, которые проявляются с разной силой. Молодой ученый разрабатывает системы признаков различной степени ослабления деревьев.

Тем временем в организации научной жизни в Советском Союзе происходили значительные сдвиги. В 1957 г. в Новосибирске был основан Академгородок. С середины 1950-х годов началось создание инфраструктуры Академии наук СССР в Красноярске. Это было время, которое потом полушутя назовут «великим переходом науки на восток». В среде молодых ученых, уезжавших за Урал, ходили такие слова: «Кому наука дорога, в столице делать нечего». Беззаветно преданные науке москвичи и ленинградцы переезжали в холодную Сибирь, где быстро защищали диссертации и оставались работать в новых институтах. Ехали по разным причинам — кому-то мешали работать закостеневшие старые профессора, в штыки принимавшие любые новые гипотезы. Кто-то проштрафился по идеологической части (в Сибирь на работу приезжало немало молодых интеллектуалов, сочувствующих диссидентам, — отношение к инакомыслию и вольнодумству в Новосибирске было достаточно терпимое). Другим хотелось постоянно находиться рядом с объектом своих исследований. Были и такие, кто ехал просто за компанию, поддавшись романтическим настроениям хрущевской оттепели.

В 1959 г. Институт леса и древесины АН СССР перебазировался из Москвы в Красноярск, начал формироваться новый кадровый состав, команда молодых ученых. Через год на работу в Красноярск перебрался и Исаев. Переезд резко активизировал работу над диссертацией: для Александра Сергеевича Сибирь с ее безбрежным зеленым морем тайги была в первую очередь бездонным кладезем научной информации, огромным лесоведческим архивом, к которому он уже почти подобрал свой ключ и который ему предстояло прочесть. Шаг этот дался нелегко — Исаев к тому времени уже обзавелся семьей, у него родились две дочери, а зарплата младшего научного сотрудника была значительно ниже, чем у начальника экспедиции. Но все же интерес к науке одержал верх. Тем лучше для науки.

После защиты кандидатской диссертации в 1963 г. начался очень важный «тувинский» период исследований Александра Исаева. Перед учеными встала задача защитить леса от пожаров и насекомых, массовые вспышки размножения которых охватили территорию, равную общей площади лесов в нескольких странах Европы. Важна была не только констатация факта — сибирская лиственница страдает от нашествия паразитов, — но и выявление самого механизма этих нашествий. Своеобразным итогом тех исследований стала монография Исаева, посвященная динамике численности лесных насекомых. Она увидела свет в 1984 г. и стала событием в мировой науке о лесе.

В это время впервые появился фирменный исаевский подход к решению научных задач. Его суть в системной работе, умении вычленить и обозначить конкретную проблему. Увидеть ее не отдельно, а как часть некой системы, понять, кто ее «проблемные соседи», увидеть совокупность закономерностей и явления, стоящие за ними. Видеть за, казалось бы, хаотичной и инстинктивной деятельностью насекомых часть сложного экологического процесса. Иначе нельзя — лес слишком сложная система, которая регулируется чрезвычайно тонкими механизмами. Навредить лесу могут даже те меры, которые принимаются исключительно для его пользы. Вместе с тем Исаев понимал: в одиночку специалистам одного института с проблемой не справиться. Он сумел привлечь к работе самых разных специалистов из Красноярска, Новосибирска, Москвы — физиологов растений, химиков, паразитологов. Подключили даже математиков, ведь только они могли помочь вычислить и смоделировать процессы, происходящие в такой сложной системе, как лес. В Красноярском институте физики Александр Сергеевич познакомился с профессором Рэмом Григорьевичем Хлебопросом, совместно с которым была разработана феноменологическая теория динамики численности популяции лесных пород. Нужно было проанализировать сопротивляемость дерева вредителю, понять механизм устойчивости отдельных деревьев — так сказать, его иммунитет...

Полигоном для этих исследований стала Западная Тува, где, с одной стороны, был представлен весь спектр условий роста леса, и, с другой стороны, деревья страдали и от пожаров, и от нападения шелкопряда. В 1968 г. Исаев организовал в институте лабораторию патологии древесных растений, существенно расширяя круг своих исследований. Исследования принесли свои плоды. Была разработана теория взаимодействия дерева и насекомых, несколько участников группы подготовили и защитили диссертации. В числе их была и докторская диссертация Александра Сергеевича, которую он защитил в 1971 г. с последующей публикацией книги, отмеченной медалью Международного союза лесных исследовательских организаций.

Вид сверху

С коллегами перед окончательным переездом в Москву, 1989 г. Академик Исаев второй справа. Источник: Жизнь как история: почетные граждане Красноярского края. — Красноярск, 2010 С коллегами перед окончательным переездом в Москву, 1989 г. Академик Исаев второй справа. Источник: Жизнь как история: почетные граждане Красноярского края. — Красноярск, 2010

В 1972 г. Александр Исаев назначен заместителем директора института. Он одним из первых оценил значение для таежных лесов оперативной информации, поступающей с космических аппаратов. Именно спутниковое слежение помогало не только всесторонне исследовать «зеленое море», но также предупредить, объяснив их предпосылки, и пожары, и нашествие насекомых, и многие другие проблемы. Создавались эталонные лесные полигоны, где сравнивалась информация, полученная на земле, с той, которая пришла с неба — с самолетов, и из космоса — со спутников. На экспериментальной базе института была построена подвесная канатная дорога, на которой специальные приборы оценивали особенности растительности. Над тайгой летал самолет-лаборатория, оснащенный инфракрасным сканером, спектрометром и комплексом радиометров. При таком количестве ежедневно поступающей информации, при столь напряженном темпе работы, при беспрецедентных масштабах исследований только руководитель с большим организаторским талантом, полной вовлеченностью в процесс и четкими представлениями о последовательности и пределах изысканий мог достичь реальных результатов. Время показало правоту Исаева, сделавшего ставку на «вид сверху». В интервью журналу «Наука и жизнь» несколько десятилетий спустя академик сказал:

— Мы создали эффективную систему контроля пожаров на огромной территории. Нас даже отметили премией Правительства России. Очаги пожаров определяются с большой точностью, сразу же оценивается их опасность, и подробная информация направляется в регионы, где уже принимаются меры по ликвидации возгораний.

С орбиты прекрасно видны так называемые несанкционированные вырубки, они же нелегальные, хищнические, преступные. Называть можно как угодно — любые определения такого рода будут справедливы. Понятно, что нелегальные вырубки не входят в нормальную систему лесопользования. Явление это не новое и не только российское... Лес — система возобновляемая, но, чтобы довести возобновляемый лес до товарного уровня, нужно минимум сто лет. Если лес срублен, то можно и дольше ждать его восстановления, при этом нет гарантии, что он вырастет таким же, каким был. Промышленное загрязнение, выбросы вредных веществ тоже хорошо фиксируются из космоса. Нам известно, кто, где и чем загрязняет окружающую среду. Из космоса все видно как на ладони, можно рассмотреть не только спиленное дерево, но и номер машины, на которой его вывозят из леса. Были бы желание и потребность у соответствующих органов иметь такую информацию.

В 1976 г. Исаева избрали членом-корреспондентом Академии наук СССР, а в следующем году выдвинули на пост директора Института леса и древесины СО РАН. Новая должность никоим образом не повредила научной деятельности Исаева. Изменилась лишь ее фактура — стало меньше возможностей для полевых работ, экспериментов на месте, непосредственно в лесу. Зато возросла его эффективность как куратора, координатора и руководителя.

Институт провел серию всесоюзных совещаний, на которых вырабатывалась новая стратегия лесопользования. Достижения науки меняли и сам взгляд на лес. Он перестал рассматриваться только лишь как источник ресурсов. Экологическая составляющая в работе института последовательно возрастала.

Как рождались открытия? По-разному, иногда совершенно случайно. В том же интервью Исаев рассказывает такую историю:

— Я работал уже лет пять, собрал огромный материал и начал приводить данные в порядок. Поручил своему помощнику подсчитать коэффициент размножения и плотность поселения для одного вида насекомых — короедов. Результаты наблюдений помощник выстроил в определенном порядке, свел в график и принес рисунок мне. Сижу на работе один, жду заказанный разговор с Москвой и смотрю на эту кривую. Такое ощущение, будто она мне что-то важное пытается подсказать... Поговорил по телефону, поехал домой. Жена приготовила ужин. Я в это время просматривал свежую почту. Как раз пришел очередной номер журнала «Наука и жизнь». Я раскрыл его и... обалдел: вижу свою кривую, только вместо коэффициента размножения насекомых там на графике — коэффициент размножения нейтронов в управляемой системе, а рядом — в процессе взрыва. Я подумал: а может, для реактора, атомной бомбы и насекомых действуют одни и те же законы природы?

Заметно возросла востребованность сибирских исследований мировым лесным сообществом. В те годы в Красноярске не было возможности принимать коллег из других государств — город был закрытым для иностранных граждан. Институту приходилось организовывать выездные международные конференции в Иркутске, Новосибирске и Абакане. Усилия того стоили, появлялись международные связи, впоследствии укрепившиеся.

Тушить крупные пожары очень дорого и малоэффективно. Главным пожарным остается дождь. В красноярском Институте леса был придуман способ тушения лесных пожаров при помощи шланговых зарядов. Это была маленькая революция. Суть была в следующем: на участок, близкий к пожару, выбрасывают десантников, которые расставляют вдоль линии огня пленочные шланги со взрывчаткой и затем подрывают их, пускают «встречный пал». Эта система работала — даже на Аляске использовались наши шланговые заряды.

В 1979 г. Александр Сергеевич Исаев стал председателем Красноярского филиала (ныне — научного центра) Сибирского отделения Академии наук СССР. Теперь на его плечи легло развитие научных институтов и бытовой инфраструктуры в красноярском Академгородке, который обязан ему строительством новой школы (сейчас это красноярская гимназия № 13), двух детских садов, больницы, Дома ученых.

С 1980 г. он дважды избирался депутатом Верховного Совета СССР. Решать возникающие проблемы теперь получалось на значительно более высоком уровне. Вся эта административная нагрузка не смогла убить в Исаеве ученого. По мере сил он продолжал свои исследования, не переставали выходить его новые научные публикации, написанные как лично, так и в соавторстве. В 1984 г. Александр Сергеевич был избран действительным членом Академии наук.

Наука хозяйствования

Институт леса и древесины СО АН СССР, 1970-е гг. Источник: Жизнь как история: почетные граждане Красноярского края. — Красноярск, 2010 Институт леса и древесины СО АН СССР, 1970-е гг. Источник: Жизнь как история: почетные граждане Красноярского края. — Красноярск, 2010

Следующее высокое назначение последовало в 1988 г. Исаев встал во главе Государственного комитета СССР по лесу. Уже в Москве на новом посту Александр Сергеевич стал проводить реорганизацию отрасли — времена менялись. Исаев вспоминает:

— Назначили меня из-за неспокойного характера. Я был на виду, в Верховном Совете СССР являлся секретарем комиссии по охране природы, работал заместителем председателя планово-бюджетной комиссии по лесному и лесохимическому комплексу. Меня заметили. Тогда Горбачев начал реформу государственной службы, решался вопрос о создании Гослеспрома, а государственный комитет по лесному хозяйству предлагалось ликвидировать. Я выступал против — орган государственного управления лесами гарантировал рациональное лесопользование. Я выступил в газете «Правда», написал письмо Горбачеву, в котором высказал свою точку зрения. Потом я говорил с Николаем Ивановичем Рыжковым, и он принял мое предложение о создании комитета по лесу. После этого я спокойно вернулся в Красноярск, оттуда поехал в командировку в Германию, где мне и сообщили, что меня назначили председателем комитета. Вначале я хотел отказаться — не хотел покидать Красноярск, там у меня была налажена жизнь, шла работа, жили друзья и коллеги. Мне же предлагали взяться за абсолютно новое для меня дело, и я не чувствовал себя готовым. Стал отказываться, но Горбачев усовестил: «Как так? Сам предложил, а теперь в кусты?»

Исаев поставил свои условия, которые генеральный секретарь удовлетворил: сам подобрал команду, создал исследовательский центр на правах института, куда стекалась вся информация о лесе, и получил право выхода на прямое международное сотрудничество без длительных согласований. Александр Сергеевич вспоминает, что, когда он находился на этом посту, в его обязанности входило предоставлять Горбачеву план по научно-техническому сотрудничеству с тем государством, куда он собирался нанести визит, «если там есть хотя бы три дерева». Эти визиты помогли в течение короткого времени восстановить связи с очень многими странами по всему миру. Главными людьми в лесу академик Исаев продолжает считать лесников, тех самых, которых воспевала русская литература. Лесников, которых после революции специальным декретом распорядился не трогать Ленин, ибо «заменить их нельзя». Тех, которые защищали лес, боролись с браконьерами, делали посадки. Они — хозяева леса, и как хозяева несут ответственность перед государством, считает он.

С 1991 г. Александр Сергеевич Исаев встал во главе новообразованного Центра по проблеме экологии и продуктивности лесов РАН и Международного института леса. Он возглавил крупные национальные и международные проекты, среди которых «Сибирский лесной проект» в рамках соглашения между Российской академией наук и Международным институтом прикладного и системного анализа и проект по изучению бореальных лесов в рамках совместной российско-американской комиссии по экономическому и технологическому сотрудничеству. В 1992 г. академик Исаев представляет Россию на международном экологическом форуме в Рио-де-Жанейро. Его взгляды оказались созвучны позиции мирового сообщества, которая была обозначена в принятой рамочной конвенции ООН по глобальным изменениям климата. Работа продолжается. Безусловный лидер лесной науки России, завоевавший научный авторитет во всем мире, академик Исаев не прекращает свое путешествие по волнам зеленого моря тайги.

Дата последнего изменения: 25.12.2014

Источники

  1. Чанчикова, Ю. Т. Жизнь как история: почетные граждане Красноярского края / Ю. Т. Чанчикова, Л. И. Зольников. — Красноярск: Офсет, 2010. — 256 с.: ил.